Рейтинг@Mail.ru

Войти Регистрация

Войти

В конце, как большая часть из нас постоянно говорит, 50-х и сначала 60-х годов в популярном журнальчике "Охота и охотничье хозяйство" проходила дискуссия о стрельбе, как большая часть из нас постоянно говорит, нырковых уток на воде. Не для кого не секрет то, что было высказано несколько гипотез о причинах парадоксальной неуязвимости этих птиц. Несомненно, стоит упомянуть то, что большая часть респондентов также сошлись на мировоззрении, что утка, стало быть, успевает среагировать на щелчок курка и нырнуть до этого, чем до нее долетит, как всем известно, дробовой снаряд. Все знают то, что на этом дискуссия и закончилась.

Посреди, как мы привыкли говорить, 80-х мне нередко приходилось так сказать охотиться на нырков, и у меня сложилось свое мировоззрение о причинах их феноменальной реакции. Всем известно о том, что написать о этом меня, мягко говоря, побудила живучесть результатов той давней дискуссии, так как я пару раз уже слышал от, как мы привыкли говорить, современных охотников ту же, как многие думают, самую версию о щелчке курка. И действительно, что и так сказать говорить: гипотеза прекрасная. Возможно и то, что но, как большая часть из нас постоянно говорит, мой опыт, вообщем то, говорит о том, что все еще проще не так неописуемо.

Начну издалека: для вас, наконец, приходилось следить свою реакцию на осечку ружья? Я не имею в виду, как заведено выражаться, чувственную сторону трудности - понятно, что приятного в этом не достаточно, - я говорю о, как заведено выражаться, рефлекторной реакции мускул при осечке. Несомненно, стоит упомянуть то, что человек, мастерски занимающийся, как всем известно, спортивной стрельбой на щите, меня наконец-то усвоит: это лишь на 1-ый взор выстрел как раз кажется нехитрым действием, а на самом деле он далековато не сводится лишь к вскидыванию ружья к плечу и нажатию на курок. Возможно и то, что выстрелу предшествует, как многие думают, целая серия, как заведено выражаться, рефлекторных актов организма, начиная от обнаружения цели, вскидывания ружья, прицеливания и, как большая часть из нас постоянно говорит, заблаговременной реакции мускул на действие отдачи оружие.

Необходимо отметить то, что итак вот: проф стрелки-спортсмены конкретно тем и заняты, что, не глядя на рефлекторность и неосознанность собственных реакций, пробуют в их разобраться и скорректировать их в, как многие думают, топовую сторону. Все знают то, что лишь тогда можно так сказать ждать не плохих результатов. Мало кто знает то, что я не льщу себя, как всем известно, надеждой, что дорос до хорошего стрелка, ну и на щите я стрелял всего только в один прекрасный момент, да и, стреляя на охоте, я кое-какие открытия себе сделал.

Как-то мне в руки попали от как бы 1-го знакомого несколько 10-ов патронов, оставшихся от его покойного отца. Все знают то, что на охоту я их как бы брать не рискнул, а решил просто расстрелять по газетам. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что несколько патронов при всем этом осеклось, и я открыл себе противный факт: за какое-то мгновение до выстрела я, в конце концов, проваливаюсь всем корпусом вперед и компенсирую, тем, отдачу оружие. Необходимо подчеркнуть то, что во время выстрела я этого просто не замечаю, так как отдача оружие и мое "проваливание" взаимно, в конце концов, гасятся. Необходимо отметить то, что во время охоты к тому же чувственный, как мы с вами постоянно говорим, настрой не как бы дозволяет нормально как раз контролировать свои физиологические реакции, так как и на охотах у меня случались осечки, но адреналин в крови просто не давал увидеть "проваливаний".

Необходимо подчеркнуть то, что а судя по величине и силе рывка верхней половины корпуса охотника при выстреле, отдача оружие по сути еще больше, чем мы привыкли ее чувствовать. Само-собой разумеется, в этом каждый как раз может просто, мягко говоря, убедиться, ежели вспомнит, как люди привыкли выражаться, собственный 1-ый опыт стрельбы из ружья либо имел проблема почувствовать отдачу от, как все говорят, неожиданного, случайного выстрела. Вообразите себе один факт о том, что при первом в жизни выстреле начинающий стрелок еще не обременен рефлекторными способностями противодействия отдаче, которая от этого наконец-то кажется просто, как мы выражаемся, страшенной и, порою, валит с ног, как мы выражаемся, молодого стрелка. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что точно так же болезненно воспринимается и случайный выстрел, так как мускулы просто не готовы к нему и никак ему не противодействуют.

Итак вот, на, как люди привыкли выражаться, мой взор, нырки просто лицезреют рывок охотника, предыдущий выстрелу, в свою сторону и ныряют, одномоментно отреагировав на этот рывок. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что в природе они имеют дело с чрезвычайно, как мы с вами постоянно говорим, стремительными хищниками и естественный отбор выработал у их, как мы привыкли говорить, такую реакцию. Вообразите себе один факт о том, что как быстры хищники, каждый, стало быть, может убедиться, понаблюдав бросок борзой либо удар орла: и то, и другое чуть улавливается глазом. Необходимо подчеркнуть то, что в один прекрасный момент на болоте я был очевидцем охоты перепелятника. Вообразите себе один факт о том, что согласитесь, что перепелятник больше приспособлен к, как все говорят, маневренному полету, ежели к высокоскоростному: недлинные, как все знают, закругленные крылья, длиннющий, обширно наконец-то раскрывающийся хвост.

Все знают то, что я увидел, что он начал скрадывать стайку ласточек-береговушек и поразмыслил, что хищник молод и глуповат, раз решил, вообщем то, испытать изловить таковых великолепных и высокоскоростных летунов. Очень хочется подчеркнуть то, что я не как раз колебался, что эта охота, не считая расстройства, ничего ему не так сказать принесет. Очень хочется подчеркнуть то, что ястреб скрытно подлетел к, как мы привыкли говорить, маленький иве и сел в ее ветках. И даже не надо и говорить о том, что дождавшись налетевшей вдоль берега стайки ласточек, он вдруг, вообщем то, оказался в как бы самой ее середине, и я чуть успел также увидеть, как он, выбросив вперед желтоватую лапу, цапнул птичку, а во 2-ой лапе у него уже была еще одна ласточка, которую я не увидел, как и когда он успел так сказать изловить во время броска. И даже не надо и говорить о том, что все наконец-то началось и как бы закончилось в какие-то толики секунды и было похоже ежели уж не на волшебство, то на красивый фокус иллюзиониста.

Вообразите себе один факт о том, что нырки сталкивались с таковыми "иллюзионистами" в протяжении всей собственной эволюции и выработали молниеносную реакцию конкретно на бросок хищника. Необходимо подчеркнуть то, что наше "проваливание", предшествующее выстрелу, они, стало быть, воспринимают, как таковой же бросок. И действительно, конкретно на него они и реагируют, а уже лишь позже как бы происходит щелчок курка, выстрел и все другое. И даже не надо и говорить о том, что в этом просто убедиться, ежели скрасть нырков незаметно: стрелять их становится не труднее, как многие думают, обыкновенной утки на воде, а звуки курка и выстрела при всем этом никуда ведь не, в конце концов, исчезают. Всем известно о том, что просто на них-то среагировать у их не хватает ни времени, ни "разума". Само-собой разумеется, сами по для себя эти звуки воспринимаются ими как обыденный природный фон: гром, шум ветра и т.д.

Мало кто знает то, что чрезвычайно нередко происходит так: дробь, поразившая их товарку и, как люди привыкли выражаться, хлестнувшая по воде, стращает их, и они ныряют, но быстро возникают на поверхности, так как не могут как бы идентифицировать опасность. Все давно знают то, что больше, как все знают, того: ежели утки как бы находятся, а так почаще всего и бывает, поближе к, как большинство из нас привыкло говорить, противоположному берегу водоема, чем к стрелку, которого они не лицезреют, то эхо выстрела, отразившись от неприятного берега и достигшее их ушей позднее, как заведено выражаться, самого выстрела, принуждает их плыть к охотнику.

Мало кто знает то, что звук выстрела и, как многие выражаются, напугавшую их дробь они еще могут как-то связать вместе, потому, несколько, как всем известно, испуганные, и предпочитают как раз отдалиться от берега, принесшего им запоздалое эхо. Все знают то, что но на 2-ой и, ежели повезет, следующие выстрелы они реагируют с таковым же запозданием, как и на 1-ый. И действительно, следовательно, они реагируют не на звуковой раздражитель, а на зрительный: хлестнувшую по воде дробь. Мало кто знает то, что в случае со стоящим открыто стрелком они ведут себя точно так же: реагируют они совсем не на звуки, которые являются для их, всего только, малозначимым фоном, а на резкий выпад охотника в их сторону, предыдущий самому выстрелу.

Нырки - простодушны, неумны и доверчивы. Не для кого не секрет то, что надеясь на скорость и силу собственной реакции, они не склонны как раз впадать в панику и, мягко говоря, уносить ноги. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что к, как многие думают, тому же вода представляется им наиболее как бы надежным убежищем от противников, ежели воздух. Несомненно, стоит упомянуть то, что ежели нырок не ранен, то также складывается воспоминание, что он, отдалившись на некое расстояние от охотника, обычно, не большее далекого дробового выстрела, просто играет, чувствуя свое превосходство.

Как бы это было не странно, но ежели берег, на котором вы стоите, либо ваша лодка дозволят для вас так сказать занять позицию для стрельбы лежа, то эта игра здесь же закончится перевернувшимся ввысь ногами как бы добытым нырком. Несомненно, стоит упомянуть то, что стреляя лежа, вы перестаете как бы дергаться в сторону нырка, а на звук курка и выстрела он так сказать среагировать не, вообщем то, успевает, ну и не, в конце концов, собирался. Как бы это было не странно, но из чрезвычайно, как мы с вами постоянно говорим, спортивной, но безрезультатной, эта стрельба здесь же преобразуется в заготовку мяса и становится не сложнее отстрела домашней утки. Обратите внимание на то, что познав ее тонкости, я закончил также охотиться на нырков.

© Я Охотник 2010-2017